В Екатеринбурге вдова получила полмиллиона рублей в качестве компенсации за смерть мужа, который погиб по пути на работу.

      В Екатеринбурге вдова выиграла полмиллиона рублей за смерть мужа, произошедшую по дороге на работу. 20 января 2026 года стало известно, что в суде ей удалось установить, что смерть супруга, случившаяся во время следования к месту работы, является несчастным случаем на производстве, как сообщила Объединенная пресс-служба судов Свердловской области.

      В феврале 2024 года мастер-консультант ООО «Регинас» на своем автомобиле подъехал к месту работы на улице Высоцкого в Екатеринбурге. Он смог припарковаться, но дойти до работы уже не смог, так как почувствовал себя плохо и внезапно скончался от инфаркта. Вдова обратилась в Кировский районный суд Екатеринбурга с иском к ООО «Регинас», требуя признать смерть мужа несчастным случаем, связанным с производством, и обязать работодателя составить акт по форме Н-1. Также она просила выплатить ей 3 миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда.

      По ее мнению, смерть супруга была следствием систематических нарушений со стороны работодателя: переработок, привлечения к работе в выходные дни без должного учета и отсутствия периодических медицинских осмотров.

      Суд установил, что поскольку смерть произошла во время следования работника к месту выполнения трудовых обязанностей, это служит основанием для квалификации случая как производственного, согласно нормам Трудового кодекса РФ, и удовлетворил иск частично.

      Работодателю было предписано составить акт о несчастном случае со смертельным исходом по форме Н-1 и выплатить вдове 1,5 миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда. Ответчик не согласился с решением и утверждал, что смерть работника произошла не на территории работодателя и не на служебном транспорте, а была вызвана общим заболеванием, не связанным с производственными факторами. Он обжаловал решение в апелляционном порядке.

      Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда назначила судебно-медицинскую экспертизу, которая отметила, что нарушение режима труда и отдыха само по себе не является причиной внезапной смерти. Однако эксперты не исключили косвенной причинно-следственной связи между внезапной смертью работника и нарушением режима труда и отдыха.

      Суд апелляционной инстанции согласился с выводами о классификации случая как производственного, поскольку работник направлялся к месту работы, указанному в трудовом договоре. Что касается компенсации морального вреда, апелляция сочла первоначальную сумму в 1,5 млн рублей чрезмерной. Оценив степень вины работодателя и другие обстоятельства, суд снизил сумму компенсации до 500 тысяч рублей. Это решение вступило в законную силу.